big_pic_241991.thumbnailUznews.net: В Чирчикском уголовном суде закончилось судебное слушание дела 15 человек, обвиняемых по 29 статьям Уголовного кодекса. По версии обвинения, они причастны к громким политическим преступлениям, совершенным летом прошлого года в Ташкенте.

 

Как сообщил пресс-центр Инициативной группы независимых правозащитников Узбекистана (ИГНПУ), всем им предъявлены обвинения по одним из наиболее тяжких преступлений.


В частности, их судят за умышленное убийство, терроризм, возбуждение национальной, расовой или религиозной вражды, посягательство на конституционный строй, организацию преступного сообщества, изготовление или распространение материалов, содержащих угрозу общественной безопасности, создание, руководство, участие в религиозных экстремистских и прочих запрещенных организациях...


26-го февраля государственное обвинение попросило судью Шарипова приговорить все 15 человек к длительным, от 15 до 20 лет, срокам лишения свободы. Приговор будет вынесен в ближайшее время.


Как отметил руководитель ИГНПУ Сурат Икрамов, процесс проходил с нарушением уголовно-процессуального законодательства — о месте его проведения не знали даже родственники подсудимых.


«Перед началом суда близкие родственники подсудимых должны быть письменно уведомлены о месте и времени проведения процесса. Никто из родственников этих 15 ребят не получил такого уведомления, более того, они до сих пор обивают пороги следственных и судебных инстанций, добиваясь сведений о своих родных», - рассказывает Икрамов.


По мнению правозащитника, такая секретность говорит о том, что все представшие перед судом невиновны.


Суд над 15 узбекистанцами, обвиняемыми в терроризме и религиозном экстремизме, мог бы стать показательным и оправдать в глазах общественности не прекращающиеся репрессии против наиболее набожных мусульман. Однако власти не решились на такую меру и, наоборот, постарались провести процесс без лишнего шума, максимально снизив возможность утечки информации.


Ни один из подсудимых не имел возможности нанять адвоката по своему выбору, а контроль над назначенными судом защитниками на этом процессе был беспрецедентным. Всех участвующих в деле адвокатов заставили дать расписки о не разглашении информации о деле.


Но и это не все: адвокаты могли изучать обвинительные заключения по своим подзащитным только во время заседаний суда - после они должны были сдавать все материалы по делу.


Между тем, в эти же дни в том же суде проходит другой процесс - на скамье подсудимых 14 человек, обвиняемых по аналогичным статьям УК. По информации ИГНПУ, подобный суд проходит также в Чирчикском военном гарнизоне и в Нижне-Чирчикском районном суде по уголовным делам. Известно, что подсудимым предъявлены такие же обвинения, но их точное число неизвестно.


Всего же по всем этим процессам проходят, по предварительным данным, 83 молодых человека, возраст которых не превышает 30-ти лет.


Все подсудимые проходят по нескольким громким уголовным делам, связанным с перестрелками в Ташкенте в прошлом году, убийством заместителя директора ташкентского медресе «Кукельдош» Аброра Абророва, покушением на имам-хатиба Ташкента Анвара-кори Турсунова и убийством полковника МВД Хасана Асадова.


Абсолютная закрытость судов над обвиняемыми по политическим и религиозным делам давно стала нормой для узбекской фемиды. По словам главы ИГНПУ, ни наблюдатели, ни родственники подсудимых не имели доступа в зал суда во время процесса по делам обвиняемых в организации нападения на милицейский блокпост в Ханабаде и взрывам в Андижане в мае 2009 года.


«Такая же ситуация была во время суда над участниками бунта в Андижане в мае 2005 года. Более того, до сих пор неизвестно ни приговоров по тому делу, ни места отбывания наказания осужденных. Неизвестно это и их близким родственникам», - утверждает Икрамов.


Это делается для того, чтобы родственники, не имея ни приговора, ни обвинительного заключения, никаких других документов, не могли обращаться ни в какие местные органы или в международные организации, полагает правозащитник.