Colors: Orange Color

__После того, как Исламский призыв был услышан на всём Аравийском полуострове, и по воле Аллаха возникла община (Умма) верующих, взявшая на себя заботы о защите этого призыва и о распространении его по всей земле, Аллаху стало угодно показать Своему посланнику, да благословит его Аллах и приветствует, плоды его непрерывных усилий ещё при жизни, и Он дал ему возможность совершить Хадж к Своему Дому в месяце зу-ль-хиджа 10 года  Хиджры (февраль 632 г.).

__Нам передал Абу аль-Яман аль-Хаким ибн Нафиъ, сказав: «Нам передал Шуайб от аз-Зухрийя, сказав: «Мне передал Убайдуллах ибн Абдуллах ибн Утба ибн Масъуд, что Абдуллах ибн Аббас передал ему, что Абу Суфъян ибн Харб передал, что к Ираклию пришел караван Къурайша. Они пришли к нему в Иерусалим, и он позвал их в свое собрание, в то время как возле него были самые знатные римляне. Затем позвав их всех, он позвал своего переводчика, после чего спросил: «Кто из вас по роду ближе всех к этому человеку, который считает себя Пророком?». Абу Суфъян ответил: «Я ближе всех к нему родом». И он сказал: «Приблизьте его ко мне и приблизьте его спутников так, чтобы они оставались за его спиной». После чего он сказал своему переводчику: «Скажи им, что я спрошу это у этого человека. Если он солжет мне, то считайте его лжецом». И Абу Суфъян сказал: «Клянусь Аллахом, если бы мне не было стыдно за то, что раскроется моя ложь, то я солгал бы о нем». Затем первое, что он спросил меня о нем, это: «Каково его родство у вас?». Я ответил: «У него знатное родство». Он спросил: «Говорил ли кто-нибудь до него то, что говорит он?». Я сказал: «Нет». Он спросил: «Был ли кто-нибудь из его отцов королем?». Я сказал: «Нет». Он спросил: «За ним следуют знатные люди или слабые?». Я сказал: «Слабые». Он спросил: «Их численность увеличивается или уменьшается?». Я сказал: «Увеличивается». Он спросил: «Отступает ли кто-нибудь из них проявляя недовольство к религии после того, как принял его?». Я сказал: «Нет». Он спросил: «Обвиняли ли вы его во лжи до этого?». Я сказал: «Нет». Он спросил: «Предает ли он?». Я сказал: «Нет, и мы давно уже незнаем, что он делает сейчас». Он сказал: «Я не могу спрашивать что-либо помимо этого». Он спросил: «Сражались ли вы с ним?». Я сказал: «Да». Он спросил: «Каким было ваше сражение с ним?». Я сказал: «Война между нами и им была с переменным успехом». Он спросил: «Что он повелевает вам?». Я сказал: «Он говорит, поклоняйтесь единому Аллаху и не придавайте ему сотоварищей, и оставьте то, что говорят ваши отцы. Он приказывает нам совершать молитву, давать милостыню, быть правдивыми, целомудренными и поддерживать родственные отношения». И он сказал своему переводчику: «Скажи ему: «Я спросил тебя о его родословии, и ты сказал мне, что у него знатное родство. А также у всех посланников бывает знатное родство в их народе. Я спросил тебя, говорил ли то, что говорит он, кто-нибудь до него, и ты сказал нет. Я сказал, если бы кто-то до него говорил бы то, что он говорит, то сказал бы, что он подражает тому, кто был до него. Я спросил тебя, был ли кто-нибудь из его отцов королем и ты сказал нет. И я сказал, если бы кто-нибудь из его отцов был бы королем, то сказал бы, что человек ищет власти отца. Я спросил тебя, обвиняли ли вы его во лжи до этого. И ты сказал нет. Я знаю что он не для того не обманывает людей, чтобы обманывать Аллаха. Я спросил тебя за ним следуют знатные из вас или слабые. И ты сказал, что слабые из вас. Именно они и есть последователи пророков. Я спросил тебя, их число увеличивается или уменьшается. И ты сказал, увеличивается. Таково дело веры пока не завершится. Я спросил тебя отступает ли кто-нибудь проявляя недовольство к религии после того, как принял его. И ты сказал нет. Также и вера, когда ее радушие входит в сердца. Я спросил, предает ли он. И ты сказал нет. Точно также все посланники не предают. Я спросил тебя, что он повелевает. Ты сказал: Он повелевает поклоняться Аллаху, не придавать ему сотоварищей и запрещает вам, поклонятся идолам. А также приказывает вам совершать молитву, быть правдивыми и целомудренными. Если то, что ты говоришь, правда, то он завладеет вот этим местом, на котором стоят мои ноги. Я знал, что он придет, но не полагал, что он будет из вас. Если бы я знал, что смогу добраться до него, то сделал бы все, чтобы увидеться с ним. А если бы я был у него, то мыл бы его ноги». Затем он приказал принести послание Посланника Аллаха (с.а.с.) за которым был отправлен военачальник и он передал его Ираклию и он стал читать его. И в нем он читал: «Именем Аллаха Милостивого и Милосердного. От Мухаммада, раба Аллаха и его Посланника, Ираклию, величию Византии. Мир тому, кто последовал за истинным руководством. Далее: поистине я призываю тебя призывом Ислама. Прими Ислам, спасешься. Аллах вознаградит тебя дважды. А если отвернешься, то на тебе двойной грех. О люди Писания! Давайте придем к единому слову для нас и для вас, о том, что мы не будем поклоняться никому, кроме Аллаха, не будем приобщать к Нему никаких сотоварищей, и не будем считать друг друга господами наряду с Аллахом. Если же они отвернутся, то скажите: «Свидетельствуйте, что мы являемся мусульманами». Когда он закончил читать послание, то поднялся шум и крики и нас вывели. И я сказал своим спутникам: «Дело ибн абу Кабша стало главным. Поистине его боится король племени желтых». И я был уверен в его победе настолько, что Аллах сделал меня мусульманином» (передал аль-Бухари).

__Первая клятва у Акабы принесла хорошие плоды. Несмотря на малочисленность мусульман в Медине, да’вата одного из сподвижников Пророка (с.а.с.) оказалось достаточно, чтобы кардинально изменить мысли и чувства мединцев. В Мекке мусульман было больше, но общество от них отвернулось. Люди не уверовали целыми группами, и исламские мысли и чувства не оказали на них кардинального влияния. В Медине же принятие людьми Ислама приобрело всеобщий характер, общество полностью оказалось под влиянием новой религии. Этот факт говорит о том, что какой бы значительной ни была вера и физическая сила мусульман, они не смогут оказать влияние на общество, если не станут с ним единым целым. И в то же время, если исламские мысли и чувства влияют на взаимоотношения людей, то каким бы малочисленным не было количество распространителей да’вата, они добьются изменений в обществе. Также очевидно, что да’ват легче воспринимается тем обществом, которое, подобно обществу Медины, свободно от неправильных мыслей; и почти не воспринимается тем обществом, которое, подобно обществу Мекки, застыло в неверии. Поэтому Ислам оказал на мединцев большее влияние, нежели на мекканцев. Ибо жители Медины прекрасно осознавали ошибочность своей идеологии и были заняты поиском других мыслей, способных изменить их образ жизни. Жители же Мекки – особенно такие люди, как Абу Лахаб, Абу Джахль и Абу Суфьян – были довольны своим положением и не хотели изменений. Поэтому Мусъаб заметил заинтересованность жителей Медины в да’вате. Он дал им правильное просвещение на основе исламских идей и законов. Был доволен тем, как они быстро отзывались на призыв и стремились к изучению Ислама и его норм. Количество мусульман стремительно росло, Ислам становился в Медине реальной силой, что вдохновляло Мусъаба на ещё более активные действия. Прожив в Медине год, в период следующего хаджа он вернулся в Мекку, рассказал Пророку (с.а.с.) о положении мусульман, всёвозрастающем влиянии и распространении Ислама. О том, что вся Медина говорит только о Посланнике Аллаха (с.а.с.); что там не осталось других религий, помимо Ислама; что некоторые из мусульман (обладающие сильной верой, готовые выступить на пути Аллаха и способные защитить Его религию) вскоре прибудут в Мекку. Пророк (с.а.с.) обрадовался этому известию. Он начал размышлять о дальнейших действиях, сравнивал состояние дел в Мекке и в Медине. Мухаммад (с.а.с.) провёл в Мекке 12 лет в непрерывном да’вате, не жалея сил и терпеливо перенося все трудности и лишения. Но, несмотря на это, общество Мекки стояло против да’вата неприступной скалой. Причиной этого были их окаменевшие сердца, грубость и нежелание перемен. Сердца жителей Мекки, являвшейся центрам идолопоклонства, были насквозь пропитаны политеизмом. Поэтому распространение там да’вата продвигалось медленно. Однако, что мы видим в Медине? Сначала несколько человек из племени Хазрадж принимают Ислам. Спустя всего год уже 12 мединцев дают клятву на верность (байат). Затем да’ват одного человека – Мусъаба ибн Умайры – всего за год преображает жизнь в Медине таким образом, что темпы распространения Ислама поражают воображение. Если в Мекке послание Аллаха ограничилось лишь теми, кто принял Ислам, то в Медине оно распространилось с молниеносной быстротой, и мусульмане не подвергались гонениям ни со стороны иудеев, ни со стороны идолопоклонников. Это делало Ислам правителем людских сердец и открывало перед мусульманами широкие перспективы. Поэтому Пророку (с.а.с.) стало ясно, что Медина более подходит для распространения исламского да’вата. Он начал думать о переселении в Медину, чтобы мусульмане получили облегчение и освободились от преследований курайшитов. Это позволит им продолжить да’ват и перейти к этапу реального воплощения Ислама в жизнь, и его распространения по всему миру при помощи государства. Это и было основной причиной хиджры (переселения) в Медину.

__Эта битва произошла на восьмой год после хиджры, на 17 день месяца Рамадан и получила название Большая битва для различения от малого происшествия при Бадре. Малое происшествие при Бадре тоже произошло в том же году, перед Большой битвой, в месяц жумодулохир. Тогда Пророк (с.а.с.) вышел на поиски атаковавшего пасущиеся в лугах Медины стада Карза ибн Жобира. Тогда Пророк (с.а.с.)достиг местечка Саквон близ Бадра, поэтому происшествие получило название Малого Бадра.

Военно-воздушные Силы Османского ХалифатаВсего лишь по прошествии шести лет как братья Райт впервые успешно провели свой управляемый полет в штате Огайо (США), Исламское Государство (Османский Халифат) стало одним из первых в мире, которое начало военную авиационную программу. Впечатляет то, что мусульмане быстро приняли на вооружение эту технологию. Преимущество принимать новые технические новинки и технологии для защиты Исламского Государства и его расширения было показано самим Пророком (с.а.с).